Интервью Спортсмены на пьедестале — гордость. Мы видим их на экранах различных медиа с медалями, улыбками и гордо поднятыми руками.
А за кадром остаются разочарования, несправедливые решения судей, месть, внутренние сомнения, страх не оправдать ожиданий и долгий путь восстановления после очередного поражения. Мы поговорили со спортсменкой и её мамой, которые раскроют глубину переживания проигрыша с двух сторон. О чём эта история?
о сомнениях, которые возникают даже у сильнейших; о том, почему фраза: «ну ничего, это тоже хороший результат» иногда ранит сильнее критики; о том, как сохранить мотивацию и веру в себя, когда понимаешь, что не всё зависит от твоих усилий.
Два честных разговора: о спорте, взрослении, несправедливости и поддержке, которая даёт силы идти дальше. Татьяна Малая, ей 17 лет, чемпионка Франции по бальным танцам, 8-я в мировом рейтинге WDSF (The World Dance Sport Federation) по стандарту. Таня занимается спортом около 8 лет. Переезжала вместе с семьёй 3 раза в другие страны, говорит на 4 языках, учится в предпоследнем классе французского лицея, где достаточно сложная учёба. Многие её одноклассницы в прошлом году перевелись в школы попроще, даже не занимаясь активным спортом. — Помнишь ли ты свой самый тяжёлый проигрыш? Что тогда произошло? — Перед награждением или объявлением результатов я стараюсь не иметь особых надежд на хорошее место, поэтому обычно не особо расстраиваюсь. интервью 35
Когда мы ездили в марте на Танцевальный фестиваль в Блэкпул, мы везде, где танцевали, остались прямо за следующим туром: 13 пар прошли в полуфинал в стандарте, и так же остались сразу за проходящим туром в латине. Это было достаточно обидно, потому что буквально чуть-чуть не дотянули до тура, про который с гордостью можно было бы всем рассказывать. — Что было самым болезненным: сам результат или реакция людей после? — Если такое случается, то всегда обиднее сам результат, так как нас окружают люди, которые нас всегда поддерживают и в случае плохого результата всё равно будут гордиться. — Как обычно реагируют зрители, родители, тренеры, другие спортсмены после поражения? — Если поражение случается из-за судейства, тренеры и родители стараются выяснить, из-за чего нас не полюбил тот или иной судья, а зрители иногда подходят и говорят, что думали, что мы будем выше.
В случае честного судейства все реагируют спокойно, так как почти все умеют объективно оценивать ситуацию на паркете и предсказывать результат. — Были ли моменты, когда ты чувствовала не просто поражение, а именно сомнения в себе? — Да, и их гораздо больше, чем проигрышей. Когда я вижу сильных соперников, мне часто кажется, что я буду рядом с ними выглядеть просто смешно, и иногда отпадает желание даже выходить на паркет. — Что люди говорили или делали, что особенно ранило? — Я стараюсь воспринимать всю критику, особенно от тренеров или родителей, как помощь. К тому же я знаю, что они точно хотят только помочь. Наверное, самое обидное, что я часто слышу, это фраза: «Ты не стараешься». Критику со стороны незнакомцев я слышу очень редко. интервью 36
— Было ли ощущение, что после поражения тебя будто «любят меньше» или принимают хуже? — Нет, так как меня окружают хорошие люди, которые меня всегда поддерживают. — Менялось ли твоё отношение к себе после проигрыша? А к партнёру? Были ли изменения отношений в связи с неудачей? — Отношение к себе не то чтобы менялось, просто иногда становится тяжело от осознания того, сколько ещё работы впереди. Отношения с партнёром не меняются в связи с этим. — Как в мире бальных танцев обычно проявляется давление? — В мире бальных танцев основное давление, наверное, заключается в том, как много и как усердно ты работаешь над собой. Недостаточно времени отрабатываешь урок — значит, недостаточно сильно хочешь результат, и к тому же выбрасываешь деньги на ветер. — Есть ли фразы, которые до сих пор помнишь? — Нет особой фразы, которая запомнилась, но я часто слышу фразы, начинающиеся с «Тебе срочно надо». Например: «Тебе срочно надо работать над стопами», «Тебе срочно надо растягиваться», «Тебе срочно надо укреплять мышцы», «Тебе срочно надо пересмотреть рацион». — Есть ли разница между тем, как переживают поражение дети и взрослые в этом спорте? Как изменилось твоё восприятие выступления в детстве и сейчас? — Да, я бы сказала, что если дети просто расстраиваются и, например, плачут, взрослые видят поражение больше как мотивацию на дальнейший прогресс. интервью 37
—Чемутебянаучилипоражения? — Поражения научили меня в основном не надеяться на лучший расклад, а ожидать худшего. Если худшее случится — ты не сильно расстраиваешься. Если случается лучшее — ты радуешься больше. — Что бы ты хотела, чтобы люди понимали о спортсменах послепроигрыша? — После проигрыша слышать: «Ну ничего, что не первое, это же всё равно хороший результат» или что-то в этом духе, не всегда приятно. Если ты думал, что способен на большее, и кто-то тебе говорит, что результат всё равно хороший, может появиться ощущение, что ты себя переоценил, либо человек тебя недооценивает. — Что бы ты сказала спортсмену, который прямо сейчас переживает сильное поражение? — Поражения нужно использовать только в целях мотивации. Я считаю, что вообще желательно тренироваться так, как будто ты никогда не выигрывал. интервью 38
Катя Малая, мама Тани. Закончила МГУ, родила четырёх детей и получила 2 профессии — журналистика и дизайн интерьеров. У Екатерины свой бизнес (дизайн-студия) в Берлине и Париже. Когда-то она тоже танцевала, но в своё время выбрала детей. Сейчас иногда в качестве хобби с мужем ходят на танцы «трясут сединой на тренировках». Именно так она нам и сказала! — Помните ли вы поражение дочери, которое особенно тяжело переживалось всей семьёй? — На самом деле в этом спорте нет поражений как таковых, есть недостаточно хороший результат, недостаточно высокое место. После каждого турнира мы ещё долго изучаем оценки судей, судейскую линейку, пытаемся понять мотивы: почему тот или другой судья судил именно так, есть ли у него протеже среди соперников. К сожалению, очень много политики в каждом результате. Когда в судейской панели стоит тренер одной из пар, с которой ты сейчас соревнуешься, он по определению ставит их на 2-3 места выше, и этого бывает достаточно для того, чтобы не дать занять первое место паре, которая этого реально заслуживает, но не имеет «друзей» среди судей. Пожалуй, самым обидным был чемпионат Франции в прошлом году, где мы претендовали на 1-е место, но нас опустили на 4-е, и ещё и не вызвали на награждение вовсе, потому что ни у Тани, ни у её партнёра не было французского гражданства. Пускать на пьедестал пару без гражданства очень не хотели, поэтому — 4-е место. Награждение провели без нас, сфотографировали всех финалистов для истории, а только потом быстро объявили, что в турнире принимала участие пара без гражданства и по очкам у них четвёртое место. Очень обидно было. И за результат, и за то, как они всё обставили. Чувствуешь себя человеком второго сорта. Несмотря на то, что пара образовалась во Франции, тренировалась во Франции и уже представляла Францию на международных турнирах. После этого турнира Таня и её партнёр Виталик приняли решение расстаться, хотя были и остаются лучшими друзьями. интервью 39
— Что в такие моменты больнее всего видеть как маме? — Больно видеть, как взрослеющий человек понимает, что от его усилий зависит далеко не всё. Что ежедневный труд, целеустремленность, воля, оказывается, могут быть не вознаграждены. Что политика, нужные знакомства важнее твоего реального уровня. Честно, я не знаю, какое влияние могут иметь эти уроки на мировоззрение Тани и на её отношение к жизни, не только в спорте. Хочется, чтобы она осталась хорошим человеком. Но также хочется, чтобы она научилась добиваться целей, даже несмотря на то, что другие делают это таким способом. — Как реагировали окружающие после проигрыша? Были ли случаи, когда люди становились жестокими, насмешливыми или унижающими? — Нет, слава богу, такого я не могу припомнить. Наверное, нам очень повезло, и вокруг нас всегда очень хорошие люди, если мы говорим о ребятах в клубе, соперниках из других клубов, с которыми постоянно пересекаемся. Пожалуй, единственный, но очень объъмный негатив был связан с тренером, от которого мы однажды ушли в другой клуб. Нужно, наверное, немного контекста: Таня всегда танцевала десятку, двоеборье — латину и стандарт. И после переезда во Францию латину она с партнёром танцевала в одном клубе (ориентированном на латину), а стандарт — в молодом, только что образовавшемся клубе с очень сильным тренером. Довольно скоро результаты по стандарту стали лучше, чем по латине, и этот разрыв продолжал увеличиваться. Латинский тренер ревновал. И в какой-то момент ситуация накалилась настолько, что ребята приняли решение полностью перейти в молодой клуб. Решение давалось непросто, потому что первый тренер
— влиятельный функционер и судья. Мы предполагали, что он обидится, но чтобы так… Прошло уже два года, а он до сих пор не здоровается, если судит — ставит всегда последние места и не упускает шанса, чтобы сделать какую-то гадость: попытаться дисквалифицировать за костюм, исключить из рассылки с приглашением на стажировку и так далее. Тот самый чемпионат Франции и четвёртое место — во многом его рук дело. На примере этого тренера
Таня узнала значение выражения
«нажить себе врага». интервью 40
— Как обычно ведут себя родители, зрители, тренеры в мире бальных танцев после неудач? — По-разному. Некоторые родители не могут пересилить себя и улыбнуться, при встрече после награждения быстро отворачиваются, но в нашем клубе таких нет. Все поздравляют всех, даже если грустно. Если неудача постигла кого-то другого
— как правило, подходят, поддерживают, говорят: «Ну, это нечестно, вас засудили, вы были лучше! Очень круто танцевали». Тренеры тоже бывают разные. Наши всегда поддерживают. Но потом, после турнира, делают разбор полётов наедине с детьми. — Что вас поражало и пугало в реакциях людей? — Да, пожалуй, ничего. Все реакции объяснимы, и все чувства — что негативные, что позитивные
— на самом деле есть у всех. Другой вопрос — как разные люди их контролируют. Кому-то это удаётся лучше, кому-то хуже. — Что происходило с вами внутри, когда дочь проигрывала? — Когда они действительно так себе танцевали (бывает и такое, не лучший день), то спокойно: «Ничего удивительного». Когда танцевали хорошо, а соперники явно слабее, но их поставили выше
— тут весь спектр: и гнев, и обида, и злость… — Было ли чувство бессилия, злости, стыда, желания защитить? — Мне кажется, если бы чувство бессилия было «громким», доминирующим, продолжать было бы невозможно. (Как продолжать то, что бессмысленно?) Оно иногда проскакивает, но душится разумом. Наш тренер говорит: танец сильнее политики. Просто для его победы нужно много упорства и времени. интервью 41
— Хотелось ли ответить людям? Спорить, оправдываться,нападатьвответ? — О да! Я добилась встречи с тем самым тренером, который начал мстить детям. Мы встретились в кафе и минут сорок разговаривали. Моя речь была очень пламенной. Я ему сказала, что это трусость и слабость — мстить детям. — Как вы старались поддерживать дочь? Были ли моменты, когда вы понимали: «Сейчас лучше молчать»? — Конечно! Когда я не могу похвалить, я не хвалю, я просто молча поддерживаю, даю воду, спрашиваю, как они. Дочь знает, что я никогда не вру. И не скажу, что они сегодня круто танцевали, если они не круто танцевали. Но и не критикую, особенно в день турнира. Они обычно и так знают, что станцевали хуже, чем могли бы. — Чего не стоит говорить ребёнку после поражения? — Что он сам виноват, или что угодно обвиняющее.
Я ещё не говорю «не переживай, в следующий раз выиграете», это как-то очень обесценивающе, на мой взгляд. Понятно же, что она не может не переживать, и я переживаю тоже. Вместо этого мы обычно углубляемся в анализ оценок и приходим к выводу, что результат несправедливый. Мне кажется, это лучшая поддержка. — Замечали ли вы, как поражения влияли насамооценкудочери? — Поражения нет, а вот победы и новые титулы на её самооценку точно влияют! Она и так очень критически к себе относится, а достижения как будто каждый раз немножко опровергают это, и она начинает больше в себя верить. интервью 42
— Есть ли ощущение, что спорт иногда делает детей слишком зависимыми от оценки окружающих? — Интересный вопрос, никогда не думала об этом. Мне кажется, Таня гораздо более зависима от мнения окружающих в своей обычной жизни, в школе. Она постоянно оглядывается на других, держится середины, никогда не стремится быть в чём-то лучше других и это демонстрировать. Долгое время в школе вообще не знали о её спортивной карьере. Только когда мы начали много ездить на международные турниры, квалифицировались на чемпионат Европы — школу пришлось уведомить с поддержкой письмом из федерации, и через учителей узнали и одноклассники. Таня учится в предпоследнем классе лицея, там на курсе больше 200 человек, но друзей среди них у неё немного. Основные друзья — в клубе. — Что бы вы хотели сказать родителям спортсменов? — Спорт ребёнка, особенно серьёзный соревновательный, — это большое испытание для семьи, как финансовое, так и энергетическое, логистическое. Особенно если в семье есть другие дети. Периодически меня посещают мысли: а зачем мы это делаем? На них я отвечаю себе так: спорт закаляет характер и тело. Вряд ли что-то другое может дать моему ребёнку больше. — Какой поддержки, по вашему мнению, больше всего не хватает детям в спорте? — Честно говоря, нам не хватает только денег. Федерация до сих пор никак не поддерживает Таню, несмотря на то, что в этом году она всё- таки стала чемпионкой Франции, а в мировом рейтинге у неё 8-я строчка. Обидно сознавать, что вся карьера может прерваться в любой момент, если у нас, не дай бог, изменятся финансовые обстоятельства, кто-то из нас потеряет работу или случится что-нибудь, требующее больших финансовых вложений, и Таня не сможет продолжать танцевать. Редакция журнала благодарит героев интервью, Таню и Катю, за то, что открылись нам и показали часть важной спортивной жизни с двух сторон! интервью 43